Главная » 2017 » Январь » 26 » ЧЕРНЫЙ СНЕГ БЛОКАДЫ
19:50
ЧЕРНЫЙ СНЕГ БЛОКАДЫ
7 октября 2004 года
Что мы, молодое поколение, знаем о второй мировой, что мы знаем о блокаде Ленинграда, о тех 900 героических днях? Только то, что был голод и холод, тяжелый физический труд. Но ведь среди нас живут люди, пережившие эти 900 дней. Совсем недавно эти люди получили медали «За оборону Ленинграда». Награды вручил вице-консул России. Сегодня наш рассказ – об одном из блокадников, живущих в Резекне.
 
Виктору Францевичу Бернатусу тогда было 16 лет. Он рано стал взрослым − потерял родных.
− Я был умным мальчуга­ном, схватывал все на лету. По­ступил учиться в техникум точ­ной механики и техники. В 1940−1941 годах мы вдруг почувствовали, что нас больно го­няют. Лекции до этого прохо­дили по восемь часов, а тут вдруг − по 10 − 12. 22 ию­ня началась война, вечером, как сейчас помню, немец совершил свой первый налет. Страшно было. А нас ночью повезли ко­пать окопы, траншеи, противо­танковые рвы. Из города ста­ли эвакуировать школы, учреж­дения. Мать с отцом говорили мне − уезжай. Я никуда не по­ехал, устроился на работу, на «Красный треугольник», тока­рем. Мы вкалывали по 12 ча­сов, точили мины, помогали фронту, без выходных. Когда началась блокада, об этом сначала никто не знал. Но вско­ре люди забеспокоились − рез­ко пошла вниз норма хлеба: по­лучали по 800 граммов, через два дня − по 600, а к нояб­рю 1941-го рабочим давали уже по 250 г, а служащим, ижди­венцам. детям − по 125. Ни кусочка сахара, ни мяса − ни­чего. Не стало электричества, воды, отапливались кто чем, тогда-то и появились самодель­ные буржуйки, трубы торчали из каждого окошка больших до­мов. Люди были истощены, а как мерзли! Натянешь, теплое белье, шерстяные носки, фуфайку, на печку плюнешь − ши­пит, отойдешь − тепла не чувствуешь. В 1942-м морозы стояли − по 40 градусов. Хлеб был на вес золота. Если толь­ко эту массу из муки и при­месей бумаги, картона, целлю­лозы можно было назвать хлебом. Люди искали пропита­ние кто как мог, доставали сто­лярный клей, ели кожаные рем­ни. Мы на заводе ели пугови­цы, черные такие, их делали из бычьей крови. А иногда нам даже давали сам порошок для их изготовления.
Человек умирал, а иждивен­цы, что жили за его счет, еще по месяцу-два получали на не­го деньги. Надо было выжить. Воды не было, снег в Ленин­граде был черным от артобстрелов. Возили воду с Невы. Еще в самом начале блокады везли хлеб, лошадь поскольз­нулась, упала. А со дворов уже бежит народ − кто с топо­ром, кто с чем... Трудно вспо­минать, тяжело.... В январе 1942-го умер отец, через два месяца − мать, а мне шел 17-й год, я один... Но надо было как-то жить дальше.
− Люди обозлились?
− Нет, люди сейчас злее. Я жил в доме, на площадке − четыре квартиры. Соседи подойдут с утра, постучат, спросят: «Живы?». В ответ: «Да!» Вот так и жили. Ми­лиция работала, санчасти, умерших хоронили в основном на Пискаревском кладбище.
Конечно, были и мародеры, но таких к стенке ставили, без суда и следствия. У всех людей была вера! Народ верил в По­беду! Выстоять Ленинграду по­могла дорога жизни, 42 км по Ладоге − в город шли продук­ты, обратно увозили детей, дет­домовцев, раненых. Благодаря дороге жизни город выстоял.
Весной 1942-го стали при­бавлять пайку хлеба, давали по 500 граммов в день, а в апреле-мае хлеб стал лучшего качества. Стали давать крупу, по 50 граммов масла на ме­сяц. Скверы, что были в Ле­нинграде, копали под огороды, выращивали брюкву, репу, морковь. Картошки не было. Воровства тоже не было, все понимали... честность была.
В 1943-м меня перевели на завод пластмасс. Что мы де­лали − не знаю до сих пор, военный заказ. Призвали в ар­мию в 17 лет.
− Как завершилась блокада?
− Блокаду сняли 18 янва­ря 1944-го, а я с 10 января вы­ехал со своей частью. 852 страшных дня пережил, вспо­минать очень тяжело, но и за­быть это нет сил.
Насколько был разру­шен город?
− В основном разрушены были окраины. Правительство знало, что война будет, уже готовились. Исаакиевский со­бор, Адмиралтейство, Дворцо­вая площадь были замаскированы. Памятники, где можно было, сняли, а где нет − за­сыпали опилками с землей. Аничков мост был снят и увезен, спрятан.
Война для меня закончилась в Латвии.
Виктору Францевичу не пришлось заглянуть смерти лицо. Вот такая молодость была у этого поколения...
И хочется им, ветеранам, участникам блокады, освободителям Ленинграда пожелать мирного неба над головой, счастья, здоровья и долгих лет жизни. Низкий им поклон и пусть никогда война не омрачит мирное небо.
Игорь БОГДАНОВИЧ
Фото автора и из архива В. БЕРНАТУСА
Категория: 2004 | Просмотров: 579 | Добавил: Bogdanovich
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *:

Среда, 20.01.2021